СТАРИК И КОТ

У старика был кот. Большой солидный котофей по имени Василий. «Ух, глазищи-то зеленые пучит», — шептались о нем соседские бабки.

Летом кот был занят своими насущными кошачьими делами, да и у деда хватало работы в огороде и дома.

Зато долгими зимними вечерами они вместе пили чай (Васька предпочитал теплое молоко) и вели длинные неторопливые беседы. Ну как беседы, говорил, в основном, дед, а Василий щурил свои зеленые глазищи и кивал в ответ головою, только иногда вставляя своё важное «мяв».

Дед не был одинок. У него была дочка, прекрасный врач-хирург, которая спасала людей и все никак не могла приехать в деревню, хотя собиралась который год. Сын, капитан на большом судне, и дома то не бывал по полгода. Дети не забывали отца, часто звонили и звали переехать в город. «Да что я там делать буду,— отговаривался старик, — да и Василий в городе не привышки». Так и жили.

А однажды дед не встал. Василий подходил к кровати, тыкался носом в горячую щеку, но дед не вставал. Он натужно кашлял и тяжело с хрипом дышал. Зимние сумерки спустились рано. Печь остывала. В доме стало холодно, тихо и страшно.

Кот подошел к кровати, прислушался к тяжелому дыханию старика, а затем тихонько выскользнул из дома.

На заснеженной крыше старой избушки сидели двое: кот и еще один полупрозрачный, сквозь него было видно темное небо и холодные звезды.

— Отдай, ему нужнее. Ну как я без него, — говорил кот.

— Но это уже девятая, последняя, — прошелестело в ответ.

— Неужели? — изумился Василий.

— А ты забыл, как родился самым слабым? Потом свалился в ручей и чуть не утонул? А когда подростком упал с березы? А собаки деревенские кого искусали? Вон ухо до сих пор надорвано…Так что девятая, последняя жизнь.

Кот задумался, перед глазами замелькал картинки. Вот он котенком лезет к маминому животу, но его отталкивают более сильные братья и сестры, вот из последних сил бьет лапами по воде, коченея от ужаса, вот лежит на теплой печке, зализывая раны.

И всегда рядом были теплые руки и чуть глуховатый голос Деда. И когда выкармливал его из пипетки, и подхватывал из ледяной воды, и когда отгонял злых псов, а потом неделю выхаживал, обрабатывая раны.

Он решительно тряхнул ушами:

— Нет, мне без него нельзя! Давай!

—Ты хорошо подумал?

— Да.

— Будь по –твоему.

Огромные полупрозрачные крылья взметнулись, казалось, на полнеба, ярко вспыхнули и погасли. Кошачий ангел исчез.

Василий посидел еще немного, глядя на острые холодные звезды, затем спустился с крыши и вошел в дом.

Дед спал. Дыхание стало ровным и спокойным. Кот легко запрыгнул на кровать, свернулся мягким калачиком в ногах. На душе было тепло и легко.

Засыпая, он думал:«Ну и пусть последняя, зато вместе!»